16:51 

Про улыбку и приворотное зелье

Дух-Хранитель
Похороним что угодно, кого угодно, где угодно - в пределах разумного.
Она сидит в кресле, сгорбившись, вцепившись пальцами в подлокотники.
- Сестренка?.. - Тьелль осторожно касается ее плеча, заглядывает в лицо.
- А?.. А, привет. Нам работу принесли, - Ви встряхивает головой, словно просыпаясь. - Полюбуйся, там, на столе.
На столе стоит бокал, пошедший трещинами, с наполовину отбитым краем. А рядом - свернутое кольцом, тонкое, блестящее...
- Гитарная струна? И что это?
- А про бокал не спрашиваешь, да? Правильно.
- Любовь, похоже. Или надежда? А вот струна...
- Любовь, - кивает Ви. - А струна... Не знаю. Но оно... оно меня пугает. Это что-то неправильное...
- Ты про клиента-то расскажи.
- Клиент... - Ви нервно усмехается и щурит глаза.

Темные волосы, светлые глаза. Обычное, не слишком красивое лицо - ни чем не примечательное, вроде бы, но все же цепляющее взгляд. Улыбка - спокойная, открытая. Искрення, дружелюбная. Ни на мгновение не исчезающая улыбка.
Он ставит на стол разбитый бокал, а рядом кладет свернутую в кольцо струну от гитары.
- Похороните мою любовь. Она мертва, уже давно. Много лет счастья - и годы лжи. Я сам виноват, но так уж сложилась жизнь...
- В чем виноваты? - осторожно решается перебить его Виль.
- Я хотел верить - и верил, долго. А потом... просто не хотел верить, понимаете? И не верил, слишком долго. - Сидящий напротив мужчина продолжает улыбаться. - Забавно звучит, не находите?
Виль понимает. И не находит это забавным. Хотел верить любимой женщине... не хотел верить, что его обманывают, что все рушится... Так просто и естественно. В чем он считает себя виноватым?..
- А теперь - все уже давно закончилось. Я слишком долго жил с этим мертвым. Похороните его.
"А с мертвым ли?" - хочет спросить женщина, но осекается.
Да, с мертвым. Любовь этого человека действительно мертва, он не солгал ни единым словом, произнесенным здесь. Но что же тогда... Что же не так? Что заставляет холодеть ладони, а виски наполняет противной тянущей болью?
- Что вы чувствуете... об этом? - спрашивает она, наконец, слегка запнувшись.
- Ничего, - просто отвечает он, продолжая улыбаться.

- И он улыбался. Он, что б его, постоянно улыбался! - Ви вскакивает и начинает быстро ходить по комнате.
Тьелль хмурится и склоняется над столом.
- Тебе не кажется, что он не только любовь нам принес? - задумчиво спрашивает она.
- Нет, не кажется. - Ви останавливается рядом с сестрой и обхватывает себя за плечи. - Я в этом совершенно уверена. Бокал - любовь, да. А струна... Вот что это за дрянь он нам приволок, хотела бы я знать!
- Струна... - Тьелль протягивает руку к странному предмету, но не касается его. - Тонкая... Первая, кажется.
- Тебе видней. Мне не нравится то, что она целая. Часто нам целые вещи приносят, а? Была бы порванная - понятно, а так...
- Да уж.
Женщины замолкают, неотрывно глядя на поблескивающую на столе металлическую нить.
- А знаешь, - медленно заговаривает вновь Тьелль, - она ведь не только целая... Она же просто новая. Ее никогда не натягивали на гитару. Смотри, кончики-то ровные.
Виль как-то рвано вздыхает, поворачивается к сестре и смотрит в упор.
- Он принес нам что-то живое, да?
- Похоже на то.
- И что будем делать?..

***

Проблемы лучше решать по порядку. И начинать с простого...

Мирт - исчезнувшая любовь.
Бессмертник - память.
Иберийка - безразличие.
Горсть сухих трав - и огонь в камине вспыхивает ярче. А разбитый бокал лопается и рассыпается сверкающим облачком стеклянной пыли.
Хоронить мертвое легко. Потому что правильно.


... а уж потом, собравшись с силами и мыслями, переходить к сложному.

Тьелль просыпается посреди ночи с отчетливым ощущением: что-то изменилось. Ушло напряжение, звеневшее в воздухе дома все последнии дни, уступив место чему-то другому. И воздух снова звенит, но уже иначе - радостным предвкушением, чуть тревожным и веселым ожиданием. Тьелль набрасывает на плечи шаль и отправляется на поиски сестры.
Виль нет в ее спальне, она обнаруживается на кухне.
Запах только что смолотого кофе и турка в руках сестры не оставляют простора для предположений, но Тьелль все же спрашивает:
- Что делаешь?
Ви молчит. Она насыпает в турку ароматный коричневый порошок, бросает туда несколько зерен кардамона, добавляет ложечку корицы и берет в руки пакетик с розовыми бутонами. Высыпает немного на ладонь, пристально смотрит и медленно, по одному, бросает в турку три бутона.
- Кофе с розами? - озадаченно вздергивает брови ее сестра.
Ви наливает воду, ставит турку на огонь и наконец оборачивается.
- Один сумасшедший сказочник утверждает, что если добавить в кофе сухие розовые бутоны, то получится приворотное зелье.
На губах жещины играет улыбка, спокойная и чуть лукавая. А на руке поблескивает новый браслет - тонкая металическая нить, свернутая несколько раз и оплетающая самое себя.
- Ты хочешь его приворожить?!
- Не его, - Ви отрицательно качает головой. - Навязанные против воли чувства еще никому добра не приносили.
- Тогда для кого...
- Для меня, - серьезно и уверенно. - Это - для меня.
Тьелль жмурится, с силой трет пальцами виски, а потом снова смотрит на сестру.
- Ты собираешься приворожить себя к нему?
- Точно.
- С ума сошла?
- Нет.
Женщина садится к столу, подпирает ладонью щеку и снова улыбается.
- Я все думала, что же он нам такое притащил? Такое очевидно, просто вопиюще, живое... И тут, вот, наконец поняла. Это возможность. То-что-еще-не-случилось. Это... частичка будущего. Которому он хотел не дать сбыться. Никогда.
- Какого будущего? - Тьелль усаживается напротив Ви. - Возможность чего?
- Да чего угодно, - пожимает плечами Ви. - Что-то новое... Может, новая любовь. Или дорога. Или мечта. Или взгляд на мир. Или... да что угодно, говорю же. Это возможность будущего. В котором наш дорогой клиент отчего-то уверился - и решил заранее похоронить, живьем. Чтобы, значит, никаких неожиданностей. Чтобы все под контролем, все известно заранее, все было предсказуемо, все "я-так-и-предполагал". Чтобы с ним ничего не случилось, понимаешь?
- Но... это же... чудовищно, - медленно, запинаясь, произносит Тьелль. - Он что же... хотел, чтобы мы вот ЭТО похоронили?!.
- Здорово его приложило, а? - грустно усмехается Ви. - Не знаю уж, чем именно... Сомневаюсь, что одной только любовью, пусть и умершей. Что-то там еще у него потерялось в пути. Дружба, мечты, доверие, иллюзии, надежда... Не знаю. Но нам он далеко не все свое мертвое принес.
- Зато приволок живое... Да, похоже, ты правильно угадала. Только я все равно не понимаю, причем тут приворотное зелье.
- При том, что я собираюсь честно выполнить свою работу, пока этот умник не нашел для нее других исполнителей. Или не взялся сам... А он ведь может. Когда нормальный, хороший человек вот так, не переставая, очень искренне улыбается... он что угодно сотворить может. - Виль задумчиво теребит браслет на своем запястье, а потом негромко продолжает: - Этот человек в полушаге от самоубийства, пусть и не в буквальном, физическом смысле... Если вырвать кусок из ткани человеческой жизни, то остальное полотно просто рассыпется.
- Да...
- Такое нельзя хоронить. А будущее исчезает, лишь став настоящим - значит, пусть станет. Какая разница, каким именно?

Виль встает из-за стола и снимает с огня турку. Темная ароматная жидкость льется в большую керамическую кружку - Виль не признает кофейных чашечек.

Женщина стоит у распахнутого окна и улыбается, подставляя лицо первым утренним лучам. Она влюблена и поэтому счастлива. Желания любви имеют огромную силу, и она знает, что пожелать.
Пусть будет. Просто будет - все равно что.
Солнце, дождь, работа, путешествия, бессоница, книги, кошка на крыльце, облака, цветы на окне, сломанная застежка, пара новых ботинок, гости под вечер, документы, прогулка, волшебные сны, ворона на дереве, скользкие ступени, пирожки с капустой, вино в стакане...
Пусть будет - все.
Ты сам выбери, ладно? Что-нибудь, что тебе понравится. Ну, или не очень, или даже очень не - ведь и такое мы часто выбираем. Но лучше что-нибудь хорошее, все-таки.
Темноволосый светлоглазый мужчина с неизменной улыбкой на губах никогда не узнает, что в него кто-то влюбился - легко и безоглядно. Он не узнает, что о нем будут думать днями напролет и улыбаться, произнося его имя.
Он никогда не узнает...
Да и не нужно. Какая разница? Ведь это случилось, случилось с ним - и будущее исчезло, став настоящим, и уступило место новому будущему...

А браслет Виль потеряет - через несколько дней или несколько недель. Потеряет и вернется к обычной своей жизни.
Но это не будет иметь никакого значения. Ведь его улыбка уже изменится - навсегда, хотя он сам едва ли заметит перемену...

@темы: выполненный заказ

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Похоронная контора "Нолдо и Нолдо"

главная